Новости

Секретный наезд. Кортеж протаранил мотоциклиста

26 июня 2008
≈ 29 минут
47 просмотров

Число трагических ДТП, причиной которых становятся работники правоохранительных органов, высокопоставленные чиновники либо водители машин с так называемыми милицейскими номерами, катастрофически растет. Cлучаев, когда кто-либо из них был привлечен к ответственности, нет вообще. Ну нет, и все. Это такая сложившаяся правоприменительная практика. И, зная об этом избирательном праве, пострадавшие редко решаются на попытки добиться справедливости.

Хроники вип-аварий

2005 год. Сын вице-премьера Александра Иванова в 2005 году на своем «Фольксвагене» сбил насмерть пожилую женщину. После полугода мучительных раздумий следователь закрыл дело за отсутствием в действиях Иванова-младшего состава преступления.

2007 год. Так и не получила официальных соболезнований от чиновников МЭРТ семья погибшего водителя «Жигулей», в которые врезалась «Ауди А8» — служебный автомобиль главы МЭРТ Эльвиры Набиуллиной. Дело до сих пор не возбуждено.

2008 год. Служебный «Мерседес» главы ГИБДД Виктора Кирьянова, объезжая пробку, пересек двойную сплошную разметку, выехал на встречную полосу и сбил 30-летнюю москвичку. Позже ГИБДД официально заявит: пострадавшая виновата сама — «перебегала проезжую часть в неустановленном месте вне пешеходного перехода перед близко идущим транспортом». К счастью, девушка отделалась сотрясением мозга и ушибами. Главный инспектор страны получил правительственную награду «За большой вклад в обеспечение безопасности дорожного движения».

Недавно к нам в редакцию позвонил Сергей Кошляков, один из ведущих сотрудников крупнейшего государственного медийного холдинга, мотоциклист с 10-летним стажем вождения. И рассказал историю своей встречи с VIP-кортежем. На Кутузовском проспекте его «Харлей-Дэвидсон» протаранила машина ГАИ, сопровождавшая кортеж неизвестного высокопоставленного чиновника. Сергею повезло. Он остался жив. Перенес сложную операцию на ноге в одной из дорогих частных клиник. Малую берцовую кость специалистам пришлось собирать по кусочкам. Предстоят еще две операции. Сейчас Сергей проходит интенсивный курс лечения.

Авария произошла 11 июня. В 9.30 утра на пересечении Кутузовского проспекта и Рублевского шоссе была традиционная пробка: ВИПы спешили по своим государственным делам, пробираясь по встречке. Кроме того, ожидали проезда президентского кортежа, и часть подъездов была перекрыта — инспекторы ГАИ пропускали на проспект поток машин лишь со стороны Рублевки. Сергей Кошляков ехал по Можайскому шоссе в сторону центра и, оказавшись на пересечении Кутузовского и Рублевки, встал в первый ряд машин, ожидающих сигнала продолжать движение.

Пытаясь восстановить картину аварии, Сергей вспоминает, что где-то в районе 9.50 со стороны Рублевского шоссе на Кутузовский проспект по встречной полосе пандуса проследовал кортеж: автомобиль представительского класса, микроавтобус сопровождения (VW Transporter) и машина ГАИ «Мерседес» Е-класса (госномер А 2904 99-й регион). Кортеж проехал встречку, пересек разделительную полосу и перестроился в крайний левый ряд. Сергей был в крайне правом.

«В этот момент, — рассказывает Кошляков, — инспектор ГАИ, стоявший на перекрестке, дал знак к продолжению движения. Все тронулись. Я ускорился до 60 км/ч. И вот тут машина ГАИ, замыкавшая кортеж, неожиданно совершила очень резкий маневр: отстала от остальных, пересекла три полосы и рванула в мою сторону. Я попытался затормозить, снизил скорость до 40—50 км/ч, но столкновения избежать не удалось. Машина шла на таран и задним бампером ударила в левую сторону переднего колеса моего мотоцикла…».

От сильного удара мотоцикл вместе с Сергеем упал на проезжую часть. Все произошло в доли секунды, следовавшая в потоке машина «Ауди» притормозить, естественно, не успела… Очнувшись, Сергей увидел, что лежит под машиной, левую ногу «замотало» — она застряла между колесом и крылом иномарки…

«Ауди» тоже была не простая, ее сопровождал джип охраны, из которого сразу же вылезли четверо «братков» в камуфляже и с автоматами. Они руками подняли машину хозяина и вытянули Сергея из-под нее. Охранники все причитали: шеф так редко ездит этим маршрутом, а тут поехал — и на тебе…

Машины ГАИ на месте происшествия не было: после столкновения, не притормозив, она поехала догонять свой кортеж. Дежурившие на Кутузовском проспекте инспекторы ГАИ останавливать ее не стали, подбежали к лежащему на проезжей части пострадавшему мотоциклисту и почему-то сообщили, что подобного в своей практике еще не видели. Они же и вызвали «скорую».

Появились свидетели ДТП, которые передали Сергею номер сбившей его машины. Но Кошлякову было не до их телефонов — боль адская. Все, что он помнит: четкую работу инспекторов ГАИ, коллег-мотоциклистов, которые предлагали ему свою помощь, а также то, что через 15 минут место ДТП было полностью расчищено, а он, мотоцикл и «Ауди» перенесены с проезжей части на тротуар — со стороны Рублевки вскоре проследовал кортеж президента.

Сразу после инцидента, по словам Сергея, никаких письменных показаний с него не снимали, только устные. Записали все, только когда он сам, спустя шесть дней после операции, приехал в ГАИ знакомиться с материалами дела. По документам, говорит Кошляков, выглядело «все очень красиво, просто не придраться!», но иначе.

Согласно версии, изложенной в рапорте старшим инспектором 2-го отдела ДПС ГИБДД на спецтрассе ГУВД по г. Москве, капитаном милиции И.А. Зориным, все представлялось так: на Кутузовском проспекте у д.71 водитель мотоцикла не справился с управлением, упал на проезжую часть перед автомобилем «Ауди»-S8, водитель, которой, в свою очередь, не успел остановиться и совершил наезд.

В деле присутствовали и показания сотрудника СБ ГИБДД ГУВД по г. Москве — то есть водителя той самой машины ГАИ, протаранившей мотоцикл Кошлякова. Объяснение Игоря Серова, который следовал закрытой для простых смертных инструкции, технологию тарана не нарушил и в аварии не пострадал. Однако свой подвиг при защите охраняемого лица отрицал, поясняя произошедшее следующим образом: ехал со скоростью порядка 50 км в час (Сергей предполагает, что скорость гаишного «Мерседеса» была наверняка больше 60 км/ч), следуя по Кутузовскому проспекту, «никаких мотоциклистов» он не видел, «никаких контактов с транспортными средствами» не имел, повреждения у машины отсутствуют. А о том, что произошло ДТП с участием «какого-то мотоциклиста», Серов услышал по рации, уже проезжая Триумфальную арку. Все. Больше Серов о ДТП ничего не написал.

Каким образом, когда и при каких обстоятельствах у него взяли объяснения, остается загадкой. С места ДТП он скрылся, инспекторы ГАИ его не останавливали. Явка с повинной? Чтобы написать, откуда он узнал о ДТП, в котором, по его словам, не принимал участие?..

У меня разговор с господином Серовым не получился. Выслушав мою вводную часть про ДТП, Серов устало протянул: «Ну и…». Ну и я попросила, чтобы он рассказал подробности и привел свои доводы. В ответ — длинная пауза и короткие гудки.

Кстати, в протоколе осмотра «Мерседеса»-Е350 также указывается, что повреждений, свидетельствующих о столкновении с другим транспортным средством, не обнаружено. То же самое написано и в акте технического осмотра «Мерседеса». Они что — все машины ГАИ, сопровождающие кортежи, осматривают после аварий на Кутузовском? Или все-таки именно эта — госномер А 2904 99-й регион — попала в чей-то рапорт?

Объяснение водителя «Ауди» Александра Гаврюшкина тоже предельно лаконично: ДТП произошло в результате того, что ему под колеса выскочил падающий мотоциклист. Но претензий к водителю «Ауди» у Сергея нет. Он настаивает на виновности водителя машины ГАИ. «Получается, что, скорее всего, виноват буду либо я, либо водитель «Ауди», — поясняет Кошляков. — Но именно люди из его кортежа вытащили меня из-под автомобиля. За что им отдельное спасибо. Если виновным признают водителя «Ауди», я встану на его защиту».

Решающее слово за экспертизой и свидетелями. Но экспертиза мотоцикла до сих пор не проведена. А свидетели… В деле есть список очевидцев, состоящий, кроме всего прочего, из самих инспекторов ГАИ. Сергей их показания читал, но картину они не прояснили. Решил искать свидетелей сам, а параллельно писать жалобы: в ГИБДД, УСБ МВД, Генпрокуратуру РФ, Общественную палату…

Только Сергей мало верит в успех — столкновение произошло с автомобилем сопровождения, за рулем которого был специально обученный офицер, к тому же действующий согласно секретной инструкции.

Кого именно сопровождала машина ГАИ, ни Сергею Кошлякову, ни «Новой» выяснить пока не удалось: в ГИБДД потребовали письменного запроса, а в управлении делами президента, которое, как правило, обслуживает служебные машины топ-чиновников, тоже пояснить ничего пока не смогли — у них так много машин, несколько гаражей, сразу и не разберешься. Удалось лишь установить, что машина ГАИ «Мерседес» Е-класса с госномером А2904 99-й регион принадлежит ГУВД по г. Москве — так указано в акте технического осмотра.

Мы, конечно, продолжим поиски. Но есть главный вопрос, помимо деталей происшествия. Машины сопровождения кортежей действуют согласно инструкции, которая позволяет им таранить других участников дорожного движения, может быть, позволяет и стрелять на поражение, не знаю: инструкция — секретная. Но если эти правила ставят под угрозу жизнь и здоровье граждан, может быть, имеет смысл снять с нее этот гриф секретности? Чтобы все знали: увидев кортеж, остановиться, съехать на обочину, сделать «ку» и залезть под машину, чтобы не оскорблять своим видом людей, заботящихся о нашем благе? Или — и того проще: допустим, с 7 до 12 часов и с 18 до 22 каждого рабочего дня закрывать город для всех, кроме кортежей… Столько людей останутся в живых и непокалеченными.

И два «кстати» напоследок. Особо охраняемых персон, согласно закону, у нас всего несколько человек: президент, премьер-министр, председатели Высшего, Верховного и Конституционного судов, спикеры палат парламента. Все остальные — просто оборзевшие самозванцы. В этой связи интересно, кому же все-таки принадлежал злосчастный кортеж.

И второе: Сергей Кошляков ждет звонка от самого водителя «Мерседеса». Чтобы просто поговорить. По-человечески.

Справка «Новой»

Автомобили спецслужб — к ним можно отнести не только подразделения ФСО и ФСБ, но и некоторые управления МВД — подчиняются отдельным правилам. Документы, регламентирующие действия водителей этих служб, строго засекречены и считаются государственной тайной. По некоторой информации, в них содержатся инструкции, как таранить, оттеснять, прессинговать «посторонние» автомобили на дорогах общего пользования. Впрочем, подтвердить эти сведения официальным путем не представляется возможным — такие данные из-под грифа не просачиваются.

Судить о содержании секретных регламентов можно отчасти по учебникам для водителей частных охранных предприятий. В этих, уже не секретных, материалах, рекомендации чоповцам дают бывшие сотрудники спецслужб. Например, автор книги «Служба безопасности» излагает детали теории защитного вождения: таранить машины нужно так, чтобы мешающий автомобиль «столкнуть с дороги и мчаться прочь».

Полномочиями водителей автомобилей спецслужб могут обладать и те, кто сидит за рулем обычных с виду машин ГИБДД. Дело в том, что достаточно большая часть тех же «Мерседесов», раскрашенных под автомобили ГИБДД, на самом деле — замаскированные машины ФСО и ФСБ. Такие авто чаще всего сопровождают чиновников.

Важно отметить то, что правом на вседозволенность водители спецмашин пользуются, даже если они не везут VIP-пассажира или ценный груз. Документ, разрешающий беспредел на дороге, выдается водителю без привязки к конкретному времени и месту. Таким образом, понять, на службе ли находится привилегированный нарушитель или он просто отдыхает, терроризируя простых водителей, — невозможно.

Вместо комментария

Управление ГИБДД ГУВД по Москве для каких-либо комментариев недоступно. «Я не знаю, было ли это ДТП, не было ли его. Я впервые слышу о таком ДТП. Просто без понятия», — внимательно выслушав детали, сказал «Новой» старший инспектор по особым поручениям отдела пропаганды безопасности дорожного движения Управления ГИБДД ГУВД по г. Москве Игорь Колосков. Он и предложил направить в ГИБДД официальное письмо.

P.S. Заместитель председателя думского Комитета по информационной политике Борис Резник направил депутатский запрос по факту ДТП.

Источник: Новая Газета
Опрос
Стоит ли досрочно пускать за руль лишенных прав водителей?
Да
Нет
4 комментария
ПДД онлайн Билет 12, вопрос 11
Разрешен ли Вам обгон в данной ситуации?
Да, если обгон будет завершен до перекрестка.
Да.
Нет.
Ответить